ЛИТЕРАТУРНАЯ ЦИТАТА: БЛИНЫ НА МАСЛЕНИЦУ

Смирнов Сергей зимние гулянья 709 х 495

Масленица -  древний славянский праздник, уходящий своими корнями еще в дохристианские времена. Масленичная неделя, предшествующая Великому посту, всегда отмечалась на Руси шумно и весело. Это праздник проводов зимы в преддверии весеннего обновления природы. Непременный атрибут масленицы – блин, символ солнца.

Навер­ное, наи­бо­лее ярко и “вкус­но” о мас­ле­ни­це и бли­нах напи­сал Алек­сан­др Ива­но­вич Куп­рин (1870 – 1938) в авто­био­гра­фи­че­ском рома­не “Юнке­ра”, издан­ном в эми­гра­ции в 1933 году.

…В суб­бо­ту юнке­ров отпу­сти­ли в отпуск на всю неде­лю мас­ле­ни­цы. Семь дней пере­ры­ва и отды­ха посре­ди само­го тяже­ло­го и напря­жен­но­го зуб­ре­ния, семь дней пол­ной и весе­лой сво­бо­ды в сти­хий­но раз­гу­ляв­шей­ся Москве, кото­рая перед стро­гим вели­ким постом вно­вь воз­вра­ща­ет­ся к неза­па­мят­ным язы­че­ским вре­ме­нам и вно­вь впа­да­ет в широ­кое идо­ло­по­клон­ство на ярост­ной триз­не по ухо­дя­щей зиме, в вос­тор­жен­ном пля­се в честь вес­ны, под­хо­дя­щей боль­ши­ми шага­ми.

Вче­ра еще Москва ела жаво­рон­ков: бул­ки, выпе­чен­ные в виде аля­по­ва­тых пти­чек, с кры­лыш­ка­ми, с ост­ры­ми носи­ка­ми, с изю­мин­ка­ми-гла­за­ми.

Жаво­ро­нок — сим­вол выси, неба, теп­ла. А сего­дня насто­я­щий царь, витязь и бога­ты­рь Моск­вы — тыся­че­лет­ний блин, внук Даж­бо­га. Блин кругл, как насто­я­щее щед­рое солн­це. Блин кра­сен и горяч, как горя­чее все­со­гре­ва­ю­шее солн­це, блин полит рас­топ­лен­ным мас­лом, — это вос­по­ми­на­ние о жерт­вах, при­но­си­мых могу­ще­ствен­ным камен­ным идо­лам. Блин — сим­вол солн­ца, крас­ных дней, хоро­ших уро­жа­ев, лад­ных бра­ков и здо­ро­вых детей.

Татьяна Тарасова Масленица с уральским подносом 680 х 584

О, язы­че­ское удель­ное кня­же­ство Москва! Она ест бли­ны горя­чи­ми, как огонь, ест с мас­лом, со сме­та­ной, с икрой зер­ни­стой, с паюс­ной, с сал­фе­точ­ной, с ачу­ев­скои, с кето­вой, с сомо­вой, с селед­ка­ми всех сор­тов, с киль­ка­ми, шпро­та­ми, сар­ди­на­ми, с семуш­кой и с сиж­ком, с балыч­ком осет­ро­вым и с бело­ры­бьим, с тешеч­кой, и с осет­ро­вы­ми моло­ка­ми, и с коп­че­ной стер­ляд­кою, и со зна­ме­ни­тым снет­ком из Бела озе­ра. Едят и с про­стой заклад­кой и с затей­ли­во ком­би­ни­ро­ван­ной.

А для лег­ко­сти про­хо­да в нут­ро каж­дый блин поли­ва­ет­ся раз­но­об­раз­ны­ми вод­ка­ми соро­ка сор­тов и соро­ка насто­ев. Тут и клас­си­че­ская, на смо­ро­дин­ных поч­ках, бла­го­уха­ю­щая садом, и тмин­ная, и полын­ная, и ани­со­вая, и немец­кий доппель­кюм­мель, и все­ис­це­ля­ю­щий зве­робой, и зуб­ров­ка, настой­ка на бере­зо­вых поч­ках, и на топо­ле­вых, и лимон­ная, и пер­цов­ка и… всех не пере­чис­лишь.

А сколь­ко бли­нов съе­да­ет­ся за мас­ле­ную неде­лю в Москве — это­го ник­то нико­гда не мог пере­счи­тать, ибо циф­ры тут аст­ро­но­ми­че­ские. Счет при­хо­ди­лось бы начи­нать пуда­ми, пере­хо­дить на бер­ков­цы, потом на тон­ны и вслед за тем уже на гру­зо­вые шести­мач­то­вые кораб­ли. Ели во сла­ву, по-язы­че­ски, не ведая отка­зу. Древ­ние ста­ро­жи­лы гово­ри­ли с при­скор­би­ем:

— Эх! Не тот, не тот ныне народ пошел. Жид­ко­ва­ты ста­ли люди, не емкие. Посу­ди­те сами: на бли­нах у Пет­ро­се­е­ва Оган­чи­ков купец дер­жал пари с бака­лей­щи­ком Тря­си­ло­вым — кто боль­ше съест бли­нов. И что же вы дума­е­те? На трид­цать вто­ром бли­не, не схо­дя с места, богу душу отдал! Да-с, измель­ча­ли люди. А в мое моло­дое вре­мя, дав­но уже это­му, купец Коро­вин с Бал­чу­га сво­бод­но по пяти­де­ся­ти бли­нов съе­дал в при­сест, а запи­вал непре­мен­но лимон­ной настой­кой с риж­ским баль­за­мом… А.И. Куп­рин “Юнке­ра”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *