СЕЛЬДЬ И ТИПИЧНО РУССКИЙ НАТЮРМОРТ

типично русский натюрморт 600 х 340
Селедка – не только излюбленная еда для ее многочисленных почитателей, но и наиболее часто изображаемый объект отечественного искусства. Как холодная закуска она была известна еще с XV века, когда  в Новгород начали завозить знаменитую сельдь голландской засолки, но широкое распространение селедка получила в петровские времена.

Уже к началу XX века селедка отечественного производства ценилась на рынке выше, чем завозная, хотя по привычке всякую бочковую селёдку продолжали называть “голландской”. Эта рыба была самой демократической и распространенной едой, а простонародье добавляло ее всюду — от винегрета до котлет. О том, как правильно чистить селедку на собственном горьком опыте убедился чеховский Ванька Жуков: “А на неделе хозяйка велела мне почистить селедку, а я начал с хвоста, а она взяла селедку и ейной мордой начала меня в харю тыкать” .
Селедка для подавляющего большинства — прежде всего гениальная закуска под водочку. Вспомним хотя бы штабс-капитана Мышлаевского из “Дней Турбиных” с его знаменитой фразой: “ А как же Вы селедку без водки будете есть? Абсолютно не понимаю”.

Вначале XX столетия в отечественном натюрморте сложился популярный гастрономический сюжет – национальный горячительный напиток в обрамлении разнообразных закусок, где пальму первенства держала селедка. Такой набор предметов получил название “типично русский натюрморт” или “пьяный натюрморт”. Иронично обыгрывая его, фирма Фаберже в 1905 году изготовила настольное украшение, выполненное в авангардном стиле.

настольное украшение Фаберже  600 х 511настольное украшение Фаберже,-фрагмент- 560 х 400

На кирпиче из яшмы разложен “джентльменский набор”: граненый стакан водки (хрусталь), яичница (белый камень и янтарь), селедка (серебро) и окурок папиросы (хрусталь и кварц). Муха и газета также выполнены из серебра. Обрывок газеты — это точная копия «Ведомостей Санкт-Петербургского градоначальства» от 18 октября 1905 года с текстом Высочайшего манифеста об усовершенствовании государственного порядка, подписанного 17 октября Николаем II (прототип российской Конституции). Курьезный эксперимент в области политической карикатуры тонко передает революционный дух того времени. Уникальный камнерезно-ювелирный натюрморт был куплен в 2011 году музеем Фаберже (Баден-Баден) за 800 тысяч евро.

Впервые годы советской власти селедка, входившая вместе с черным хлебом в скудный продовольственный паек, становится гастрономическим символом своего времени. “Все от восемнадцати до пятидесяти были заняты мирным революционным делом — готовили к ужину котлеты из селедок, рагу из селедок, сладкое из селедок” (Евгений Замятин, рассказ “Икс”). Вынужденная пролетарская аскеза представлена в лаконичном натюрморте “Селедка”, написанным Петровым-Водкиным в 1918 году. Непритязательный по набору предметов, натюрморт передает приметы суровой эпохи, в которой был создан.

натюрморт Селедка -автор Кузьма Петров-Водкин - 800 х 517
«Селедка», Кузьма Петров-Водкин

В этом же ряду стоят натюрморты Владимира Малагиса (“Натюрморт с селедкой”, 1925) и Зинаиды Серебряковой (“Селедка и лимон”, 1920-22).

 Натюрморт с селедкой- Владимир Малагис -350 х 429

 Селедка и лимон- Зинаида Серебрякова - 750 х 500
Вавангардно-аскетичных натюрмортах Давида Штеренберга, написанных в первые послереволюционные годы, селедка — олицетворение скудости жизни и нужды тех лет.

натюрморт Селедки-1917- Давид Штеренберг   800 х 729Натюрморт «Селедки» переносит нас прямо в реалии разрухи 1917–18 годов, когда эта скромная рыбешка была обменной валютой для большинства граждан новой державы. Ходасевич вспоминает, что встретил Анну Ахматову на базаре, где она пыталась обменять селедку на что-нибудь приемлемое. Сам Ходасевич пришел туда с этой же целью.

В натюрмортах Штеренберга <…> есть жадное вожделение изголодавшегося человека. Это другие традиции живописи, более трезвый взгляд на действительность. Но есть такая передача многообразия предметного мира, когда искусство побеждает красотой убожество жизни”. (Лилия Ратнер, “Счастье труда и триумф изобилия”, 2013)

Давид Штеренберг Натюрморт 450 х 603 Давид Штеренберг Натюрморт с лампой и селедкой 580 х 838

В натюрмортах Хаима Сутина селедка – это привычная еда человека, выросшего в захолустном белорусском местечке Смиловичи в бедной еврейской семье. Уехав во Францию до революции, художник стал для родины “потерянным гением”. В Париже он поселился на Монпарнасе в легендарном “Улье” — так назывался комплекс из 140 студий-ателье, сдаваемый за символическую плату начинающим художникам и литераторам. Среди соседей Сутина были Марк Шагал, Осип Цадкин, Фернан Леже, Александр Архипенко, Амедео Модильяни (он стал художнику близким другом). Сутин, по выражению Шолом-Алейхема, был экспертом по голоду. Художником Талов вспоминал, как тот писал натюрморт с селедками: “Прежде, чем съесть принесенную из лавки снедь, он принимался за натюрморт и мучился, разрываемый голодом, пожирая ее лишь глазами, не позволяя себе к ней притронуться, пока не закончит работу. Он становился бесноватым, слюни текли у него при мысли о предстоящем ”королевском обеде”.

Хаим Сутин натюрморт  800 х 659 Хаим Сутин Натюрморт с селедкой, 1916   604 х 800

Сейчас картины Хаима Сутина стоят миллионы долларов и находятся в экспозициях знаменитых музеев и частных коллекциях. В числе обладателей его картин — Изабелла Росселлини, семья Чаплина, потомки Шагала, Фрэнсис Форд Коппола.

Водочно-селедочный натюрморт стал популярной темой в советскую эпоху. Типично русскому натюрморту отдавали должное как представители официального соцреализма, так и нонконформисты. В наследии ведущего мастера советской живописи Петра Кончаловского есть “Натюрморт с заварными чайниками” (1946), где центральная роль отведена отнюдь не чайникам, а композиции на подносе — бутылке водки и закуске, включая селедку.

П.Кончаловский Натюрморт с заварными чайниками 600 х529
«Натюрморт с заварными чайниками», П.Кончаловский

Эту же тему продолжают многочисленные натюрморты советских художников.

Евгений Мельников Натюрморт с водкой и селедкой, 1970 800 х 610
«Натюрморт с водкой и селедкой»(1970), Евгений Мельников

Крупнейший представитель московского андеграунда Оскар Рабин переехал во Францию в 1978 году, когда был лишен советского гражданства “в связи с тем, что его деятельность позорит звание советского гражданина”. Его картины наполнены прямыми ассоциациями. Так в “Натюрморте с рыбой и газетой “Правда” 7” (1968) селедка и стакан на расстеленной газете отражают жизнь с ее неустроенностью и пьянством, саркастически сопоставленную с заголовками на обрывках газеты. Верность своим излюбленным темам и мотивам он пронес сквозь страны и годы, вот только “Столичную” на его картинах заменил Absolut.

Оскар Рабин Натюрморт с рыбой и газетой 750х 634 Оскар Рабин Абсолют и две большие селедки, 2006 620 х 420

Характерной приметой советской эпохи водочно-селедочная тема является и для современной художницы Ольги Оснач. В ее серии “Былое и думы” с портретами советской еды (именно портретами, а не натюрмортами) представлена и неразлучная пара водка – селедка.

натюрморт Селедка с луком-Ольга Оснач - 800 х 562
«Селедка с луком», Ольга Оснач

В наши дни тема “пьяных” натюрмортов по-прежнему актуальна, поскольку в ней до сих пор видят и правду жизни, и правду искусства.

Родионова Светлана Александровна  Натюрморт с селёдкой  800 х 678
«Натюрморт с селёдкой», Родионова Светлана Александровна

 

Натюрморт с селедкой-  Максим Шамота -800 х 642
«Натюрморт с селедкой», Максим Шамота

 

Русский завтрак- Ольга Маланчева, 800 х 557
«Русский завтрак «, (2007), Ольга Маланчева

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

одиннадцать − один =

25552961
Вверх