РОЖДЕСТВО В ЛИТЕРАТУРЕ И ЖИВОПИСИ

Рождество в литературе и живописи-art-eda.info

Рождество традиционно считается особым семейным праздником. Именно в этот день вся семья собирается за праздничным столом, а хозяйка старается в полной мере проявить свой кулинарный талант. Предлагаем вам праздничную подборку из цитат о рождественском застолье и картин  художников разных периодов.

В листочках остролистника, омелы и плюща свет отражался и играл, как в мириадах маленьких зеркал. В камине так и трещал, так и пылал огонь, да такой, что такого огня, никогда, ни в одну зиму, даже и не подозревал тощий, холодеющий камелек «Скруджа и Мэрлея». На полу лежали высокой кучей, чем-то вроде престола: индейки, гуси, всякая дичь и живность, всякое мясо, — поросята, окорока, аршинные сосиски, колбасы, пирожки с фаршем, плом-пудинги, бочонки с устрицами, печеные каштаны, румяные яблоки, сочные апельсины и груши, громадные «крещенские» пироги, — и, за всем за этим, полные аромата пуншевые чаши…
Чарльз Диккенс, «Рождественская песнь в прозе» (1843)

Художник Стивен Джон Дарбишир (Stephen Darbishire)
«Уютное Рождество», Стефан Джон Дарбишир

когда время подошло к завтраку, из кухни запахло свежими гренками и элем; любимый рождественский гимн, зеленые ветви и краткая проповедь сделали особенно праздничной церковную службу; а когда Мэгги и Том с родителями вернулись из церкви и, отряхнув с ног снег, вошли в гостиную, лица тетушки и дядюшки Мосс и их семерых детей сияли так ярко, как огонь в камине. Плум-пудинг удался таким же красивым и пышным, как всегда, и на нем горели мистические голубые огоньки, словно его с опасностью для жизни пришлось выхватывать из адского пламени, куда его упекли страдающие несварением желудка святоши; десерт был ничуть не хуже, чем обычно: золотые апельсины, коричневые орехи, прозрачно-желтый яблочный мармелад и темно-красная пастила из слив, — ничто не отличало нынешние рождественские праздники от прежних; пожалуй, в этом году было даже лучше, чем когда бы то ни было, кататься на льду и играть в снежки.
Джордж Элиот, “Мельница на Флоссе” (1860)

"Рождественское утро", художник Joseph Clarke"Рождественское печенье", Павел Еськов

Потом закололи большого откормленного поросенка, и тогда уж людям, по словам Лины, не осталось места на кухне. Там рядом с блюдами свиного студня, ветчины, копченой грудинки и другой вкусной еды громоздились горы пальтов, кровяной колбасы, свиной колбасы, жареной колбасы, зельца и, наконец, колбас, начиненных кашей и картошкой. А какое Рождество без можжевелового кваса! Он долго бродил в большой деревянной кадушке, в пивоварне. Пекли столько всего, что просто диву даешься: белый хлеб и сладкие хлебцы на патоке, хлеб ржаной и шафранные булочки с изюмом, простые пшеничные булки, пряники, особые маленькие крендельки, меренги — воздушные пирожные из белка — и пирожные с кремом. А еще готовили клецки. Всего не перечтешь.
Астрид Линдгрен, “Эмиль из Лённеберги”(1986)

Художник Карл Ларссон Рождественский ужин, 1904
Художник Карл Ларссон, «Рождественский ужин» (1904)

В Сочельник, под Рождество, – бывало, до звезды не ели. Кутью варили, из пшеницы, с медом; узвар – из чернослива, груши, шепталы… Ставили под образа, на сено. Почему?.. А будто – дар Христу. Ну.., будто, Он на сене, в яслях.
<…>
В кухне на полу рогожи, пылает печь. Теплится лампадка. На лавке, в окоренке оттаивает поросенок, весь в морщинках, индюшка серебрится от морозца. И непременно загляну за печку, где плита: стоит?.. Только под Рождество бывает. Огромная, во всю плиту, – свинья! Ноги у ней подрублены, стоит на четырех култышках, рылом в кухню. Только сейчас втащили, – блестит морозцем, уши не обвисли. Мне радостно и жутко: в глазах намерзло, сквозь беловатые ресницы смотрит… Кучер говорил: “Велено их есть на Рождество, за наказание! Не давала спать Младенцу, все хрюкала. Потому и называется – свинья! Он ее хотел погладить, а она, свинья, щетинкой Ему ручку уколола!”
Иван Шмелев, “Лето Господне” (1948)

" У бабушки пред рождеством", Надежда Полуян-Внукова
» У бабушки пред Рождеством», Надежда Полуян-Внукова

Шумнее и шумнее раздавались по улицам песни и крики. Толпы толкавшегося народа были увеличены еще пришедшими из соседних деревень. Парубки шалили и бесились вволю. Часто между колядками, слышалась какая-нибудь веселая песня, которую тут же успел сложить кто-нибудь из молодых козаков. То вдруг один из толпы, вместо колядки, отпускал щедровку и ревел во все горло:
Щедрик, ведрик!
Дайте вареник!
Грудочку кашки,
Кильце ковбаски!
Хохот награждал затейника. Маленькие окна подымались, и сухощавая рука старухи, которые одни только вместе с степенными отцами оставались в избах, высовывалась из окошка с колбасою в руках или куском пирога. Парубки и девушки наперерыв подставляли мешки и ловили свою добычу. В одном месте парубки, зашедши со всех сторон, окружали толпу девушек: шум, крик, один бросал комом снега, другой вырывал мешок со всякой всячиной. В другом месте девушки ловили парубка, подставляли ему ногу, и он летел вместе с мешком стремглав на землю. Казалось, всю ночь напролет готовы были провеселиться. И ночь, как нарочно, так роскошно теплилась! и еще белее казался свет месяца от блеска снега.
Н.В. Гоголь, “Ночь перед Рождеством”(1832)

Художник Оксана Архипова Рождественская сказка. 2011 Художник Надежда Полуян-Внукова Рождественский вечер

Остановившись перед дверью, предводитель труппы – тот самый рослый мальчишка, который недавно побранился с Даней, – начинал сиплым и гнусавым голосом:
Рождество твое, Христе боже наш
И остальные десять человек подхватывали вразброд, не в тон, но с большим воодушевлением:
Воссия мирови свет разума
Иногда дверь отворялась, и их пускали в переднюю. Тогда они начинали длинную, почти бесконечную колядку о том, как шла царевна на крутую гору, как упала с неба звезда-красна, как Христос народился, а Ирод сомутился. Им выносили отрезанное щедрой рукой кольцо колбасы, яиц, хлеба, свиного студня, кусок телятины. В другие дома их не пускали, но высылали несколько медных монет. Деньги прятались предводителем в карман, а съестные припасы складывались в один общий мешок….
Так они обошли весь квартал. Заходили к лавочникам, к подвальным жителям, в дворницкие. Благодаря тому, что выхоленное лицо и изящный костюм Дани обращали общее внимание, он старался держаться позади. Но пел он, кажется, усерднее всех, с разгоревшимися щеками и блестящими глазами, опьяненный воздухом, движением и необыкновенностью этого ночного бродяжничества. В эти блаженные, веселые, живые минуты он совершенно искренно забыл и о позднем времени, и о доме, и о мисс Дженерс, и обо всем на свете, кроме волшебной колядки и красной звезды. И с каким наслаждением ел он на ходу кусок толстой холодной малороссийской колбасы с чесноком, от которой мерзли зубы. Никогда в жизни не приходилось ему есть ничего более вкусного!
А. И. Куприн, рассказ “Бедный принц” (1909)

Художник Н.К. Пименко. Втор. пол. 1880-х. КолядкиХудожник Оксана Архипова Натюрморт с рождественской звездой. 2010

Но вот стол накрыт. Прочли молитву. Наступает томительная пауза. Все затаили дыхание, а миссис Крэтчит, окинув испытующим взглядом лезвие ножа для жаркого, приготовилась вонзить его в грудь птицы. Когда же нож вонзился, и брызнул сок, и долгожданный фарш открылся взору, единодушный вздох восторга пронесся над столом, и даже Малютка Тим, подстрекаемый младшими Крэтчитами, постучал по столу рукояткой ножа и слабо пискнул:
Ура!
Нет, не бывало еще на свете такого гуся! Боб решительно заявил, что никогда не поверит, чтобы где-нибудь мог сыскаться другой такой замечательный фаршированный гусь! Все наперебой восторгались его сочностью и ароматом, а также величиной и дешевизной. С дополнением яблочного соуса и картофельного пюре его вполне хватило на ужин для всей семьи. Да, в самом деле, они даже не смогли его прикончить, как восхищенно заметила миссис Крэтчит, обнаружив уцелевшую на блюде микроскопическую косточку. Однако каждый был сыт, а младшие Крэтчиты не только наелись до отвала, но перемазались луковой начинкой по самые брови.
Чарльз Диккенс, «Рождественская песнь в прозе» (1843)

Художник Charles Ernest Cundall Рождественские приготовления в Болье

Рождественская иллюстрация Нормана Роквелла

Рождественский обед состоялся в два часа пополудни и больше походил на самый настоящий пир. В камине весело потрескивали громадные поленья, но этот шум тонул в оглушительном и несмолкающем гвалте. Устричный суп исчез в мгновение ока; две огромные индейки, едва успев появиться, тут же отправились обратно на кухню, мгновенно превращенные в жалкие каркасы из костей. И вот наступил решающий момент: торжественное внесение рождественского пудинга! …
Рождественский пудинг во всем своем великолепии вплыл в столовую на серебряном подносе, огромный, размером с футбольный мяч, с веточкой остролиста, венчающей его подобно триумфальному флагу, и с боков его лизали языки красновато-голубого пламени.
Раздался дружный вздох восхищения. Только одну уступку удалось вырвать миссис Лэйси у верного Певерелла — не обходить с пудингом всех по очереди, а сразу водрузить его перед нею, чтобы она сама могла раздать его. Когда пудинг наконец благополучно достиг стола, миссис Лэйси облегченно вздохнула и быстро разложила куски, все еще исходящие красочными огненными языками, по тарелкам.<… >За пудингом последовали пирожки и рождественские сладости, после чего взрослые удалились на заслуженный отдых — перед чаепитием и торжественным зажжением рождественской елки.
Агата Кристи, “Приключение рождественского пудинга” (1937)

Художник Emma Florence Harrison Рождественский пудинг, 1928
Художник Emma Florence Harrison, «Рождественский пудинг», (1928)

А вот и угощение. — Эльза достала из корзины кусок ветчины, студень, капусту, тефтельки, хлеб, кастрюлю с бульоном, печенье, бутылки с напитками и клейки.
Петсон был растроган. Он смотрел на все эти яства и не знал, как отблагодарить Эльзу и Акселя.
Да не стоило… Вы столько всего принесли… — бормотал Петсон. — Огромное вам спасибо
На здоровье, — ответила Эльза. — А теперь мы можем попить кофе с печеньем….
Когда Густавсоны уже собрались уходить, они увидели, что к дому идёт госпожа Андерсон и у неё с собой тоже корзинка.
С Рождеством, Петсон! — сказала госпожа Андерсон, входя в дом.
Она стряхнула с себя снег в коридоре и рассказала, что узнала о больной ноге Петсона и решила принести ему немного рыбы и колбасы. Петсон поблагодарил её и предложил кофе.
И Густавсоны остались еще ненадолго, чтобы отведать колбасы. Потом все принялись за бульон, и вдруг пришли соседи Линдгрены. Все стали поздравлять друг друга и желать счастливого Рождества. Оказалось, что Андерсон рассказал Линдгренам про неприятности Петсона и они тоже решили проведать его и принесли немного еды.
Петсон снова кланялся, благодарил, угощал всех кофе и печеньем, которое испекла Анна. А потом пришли Юнсоны и дети Нильсона, у них тоже были с собой корзинки с едой, потому что все слышали, что Петсон сломал ногу и сидит теперь в своей избушке, мёрзнет, голодает и не может даже пошевелиться. Столько гостей не собиралось в домике Петсона уже очень давно — с тех пор как ему исполнилось шестьдесят лет.
… Такого замечательного рождественского ужина у Петсона и Финдуса не было ещё никогда.
Свен Нурдквист, “Рождество в домике Петсона” (1988)

Норман Рокуэлл, "С Рождеством, бабушка"Евгений Баранов и Лидия Величко - Баранова Свет от лампы

Каштаны, зажженный камин, друзья и семья, собравшиеся вокруг стола с восхитительными угощениями, красные, зеленые и золотые украшения, свежий запах хвои от рождественского дерева, рождественские гимны, которые все знают наизусть, и телевизор, показывающий те же передачи, что в прошлом году (и во все предыдущие годы), – обычные признаки Рождества, одинаковые для всего мира. От Далласа до Дурбана люди подпевают песне Last Christmas. От Дублина до Дубаи все знают сюжет «Рождественской песни» Диккенса.
Майк Викинг, “Hygge. Секрет датского счастья” (2016)

Lockhart, William Ewart, 1846-1900; Old Father Christmas

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три + 19 =

25552961
Вверх