КИНО В ШОКОЛАДЕ: ЛЕГЕНДЫ ШВЕЙЦАРСКОЙ РИВЬЕРЫ

Каж­дая стра­на име­ет свои наци­о­наль­ные брен­ды каче­ства. Так, швей­цар­ские  часы при­ня­то счи­тать луч­ши­ми в мире, бан­ки — самы­ми надеж­ны­ми, а шоко­лад — непре­взой­ден­ным по вку­су. Кро­ме это­го, швей­цар­ский шоко­лад ока­зал­ся удач­ным мате­ри­а­лом для хра­не­ния памя­ти о гени­аль­ном акте­ре и режис­се­ре  немо­го кино.

Чарльз Спен­сер Чап­лин (16.04. 1889 — 25.12. 1977) создал полю­бив­ший­ся все­му миру соци­аль­ный порт­рет “малень­ко­го чело­ве­ка”,  попу­ляр­ный­об­раз неуны­ва­ю­ще­го лузе­ра, кото­рый не смот­ря ни на что, сохра­ня­ет внут­рен­нее бла­го­род­ство,  оба­я­ние и неза­у­ряд­ную сме­кал­ку.  Атри­бу­та­ми для это­го обра­за Чап­лин удач­но выбрал меш­ко­ва­тые брю­ки, кур­гу­зый пиджа­чок, коте­лок, тро­сточ­ку и рас­топ­тан­ные ботин­ки на пару раз­ме­ров боль­ше. Имен­но в таком виде ему был постав­лен тро­га­тель­ный  памят­ник в город­ке Веве, рас­по­ло­жен­но­го око­ло Женев­ско­го озе­ра, на швей­цар­ской Ривье­ре, где леген­дар­ный актер  про­жил око­ло чет­вер­ти века.

Мест­ные кон­ди­те­ры уве­ря­ют, что Ривье­ра — роди­на швей­цар­ско­го шоко­ла­да. И хотя шоко­лад­ные кон­фе­ты и плит­ки дела­ют в Швей­ца­рии во мно­гих кон­ди­тер­ских, но имен­но тут нахо­дит­ся един­ствен­ная в мире,  в кото­рой “тача­ют” из шоко­ла­да зна­ме­ни­тые ботин­ки Чар­ли Чап­ли­на.

Весь про­цесс  при­го­тов­ле­ния шоко­лад­ных суве­ни­ров про­из­во­дит­ся hand-made. Слой за сло­ем, кон­ди­тер тща­тель­но нано­сит кисточ­кой на мини­а­тюр­ную пресс-фор­му разо­гре­тый шоко­лад, кара­мель и сно­ва шоко­лад . Про­цесс весь­ма кро­пот­ли­вый и за день полу­ча­ет­ся сде­лать не более пяти пар кро­шеч­ных боти­нок.

suvenir upakovkasuvenir upakovka_

Упа­ков­ка для тако­го экс­клю­зив­но­го шоко­ла­да тоже соот­вет­ству­ю­щая — метал­ли­че­ский мини-box, копи­ру­ю­щий жестя­ную ретро-короб­ку из-под кино­плен­ки или мини­а­тюр­ная коро­боч­ка под каж­дую пару “обу­ви”.

Вкус это­го шоко­ла­да схож с харак­те­ром само­го Чап­ли­на. “Такой же взрыв­ной  и непред­ска­зу­е­мый” — утвер­жда­ет швей­цар­ский шоко­ла­тье.  Он дол­го под­би­рал тре­бу­е­мые ингре­ди­ен­ты и тепе­рь уве­рен:  какао при­да­ет лег­кую горечь, кара­мель — сла­до­сть, а непо­вто­ри­мое раз­но­об­ра­зие при­вно­сят  экс­тракт ели, кед­ро­вые ореш­ки и кай­ен­ский перец.

Кро­ме этих суве­ни­ров для тури­стов, экс­цен­трич­ный “шоко­лад­ный кутю­рье” созда­ет экс­клю­зив­ные рецеп­ты кон­фет, при­уро­чен­ные к празд­ни­кам и юби­ле­ям. Напри­мер, созда­ни­ем кон­фет «Кун­дун» он отме­тил посе­ще­ние Лозан­ны самим далай-ламой. В их рецеп­те исполь­зо­ва­лись ингре­ди­ен­ты тра­ди­ци­он­но­го тибет­ско­го супа «цам­па»: ячмен­ную муку, чай, мас­ло из моло­ка яка с боли­вий­ски­ми какао-боба­ми…

«Ино­гда вкус при­хо­дит ко мне сам, за час-пол­то­ра рабо­ты, а ино­гда поиск длит­ся меся­ца­ми — я ком­би­ни­рую ингре­ди­ен­ты, доби­ва­ясь вопло­ще­ния сво­ей идеи..» 
— рас­ска­зы­ва­ет мсье Пуайе.

Как-то, более меся­ца я тру­дил­ся над созда­ни­ем рецеп­та для юве­лир­но­го дома «Графф Дай­мондс» и не мог добит­ся жела­е­мо­го «алмаз­но­го» вку­са. Я гово­рил с постав­щи­ка­ми ред­чай­ших сор­тов какао-бобов, изу­чал ста­рин­ные рецеп­ты пра­ли­не, вни­кал в исто­рию алмаз­но­го про­мысла, ездил по реги­о­ну в поис­ках новых ингре­ди­ен­тов — и все в режи­ме пол­но­го цейт­но­та, пото­му что заказ­чи­ку это нуж­но было еще вче­ра. И что вы дума­е­те! В резуль­та­те они выбра­ли при­ми­тив­ней­ший рецепт, кото­рый я отбро­сил еще на пер­вом эта­пе!»

Сей­час Блез Пуайе раз­ду­мы­ва­ет над созда­ни­ем шоко­лад­но­го пра­ли­не, кото­рый сим­во­ли­зи­ро­вал бы Рос­сию. Ведь в послед­нее вре­мя  в его кон­ди­тер­ском бути­ке изряд­но уве­ли­чи­лось коли­че­ство рус­ских тури­стов.

«Вод­ку я исклю­чил сра­зу, это слиш­ком оче­вид­но и совсем не инте­рес­но. Вот соби­ра­юсь разо­брать­ся в вашем бор­ще — у меня бога­тый опыт пре­вра­ще­ния супов в кон­фе­ты».

Выяв­ля­ет­ся что у шоко­ла­тье и режис­се­ра  ока­за­лись схо­жи­ми кон­цеп­ции твор­че­ства. Ведь и Чап­лин неиз­мен­но добав­лял в свои кино-рецеп­ты само­иро­нию. Напри­мер, он шут­ли­во обыг­ры­вал эти, так про­сла­вив­ши­е­ся впо­след­ствии, ботин­ки. Для уси­ле­ния комич­но­го эффек­та, он даже оде­вал их, меняя пра­вый с левым. А в сво­ей  экс­цен­трич­ной коме­дии “Золо­тая лихо­рад­ка” (1925), спа­са­ясь от голо­да в засне­жен­ных горах, он забав­но изоб­ра­жа­ет поеда­ние соб­ствен­но­го ботин­ка. На свой лад здесь он интер­пре­ти­ру­ет бай­ку о сол­дат­ской каше из топо­ра.

Талант­ли­вая актер­ская игра , забав­ные ужим­ки, мими­ка и навы­ки пан­то­ми­мы, при­об­ре­тен­ные Чап­ли­ным в моло­до­сти за годы ски­та­ний в теат­раль­ной тру­пе Фре­да Кар­но, созда­ют пол­ную иро­нии иллю­зию обе­да:  гвоз­ди пре­вра­ща­ют­ся в косточ­ки, шнур­ки — в спа­гет­ти…

Не лиш­ним будет упо­мя­нуть, что  внеш­няя лег­ко­сть испол­не­ния ролей скры­ва­ла само­от­вер­жен­ный труд Чап­ли­на. Его педан­тизм в отра­бот­ке ролей зача­стую гра­ни­чил с фана­тиз­мом. На эпи­зод с поеда­ни­ем баш­ма­ка было затра­че­но три съё­моч­ных дня и отсня­то шесть­де­сят три дуб­ля! А саму кар­ти­ну Чап­лин пере­мон­ти­ро­вал 27 раз, преж­де чем при­нял окон­ча­тель­ную вер­сию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *